Чувства на заказ

«Хотите почувствовать настоящее счастье, подарить детям талант, а жене – несколько капель терпения? Обратитесь к непревзойденному М.Астеру – единственному во всех реальностях создателю чувств. Благодаря его услугам вы избавитесь от страхов и тревог и сможете поселить тоску и страдание в сердца недругов, а за умеренную плату товар доставят прямо на ваш порог.

Поспешите воспользоваться нашим предложением – время пребывания господина М.Астера в городе ограничено!»

Из рекламного объявления на ярмарке одной из низших реальностей.

В небольшой круглой комнате, как и всегда в это время суток, царил полумрак. Маррам сидела у окна, устроившись с ногами в ее любимом кресле с потрепанной красной обивкой. Брок не понимал странного каприза любимой – совсем недавно они переехали в новую квартиру, сделали ремонт, но она вцепилась в старое кресло, проводила в нем целые дни и иногда даже засыпала, рассматривая за зеленоватым стеклом что-то, чего он никогда не мог увидеть. Тогда он осторожно переносил девушку в спальню, укрывал одеялом, а сам вздыхал и возвращался в гостиную, на диван.

Она охраняла кресло, как кошка, наотрез отказалась передвинуть в другое место, а когда Брок предложил заменить стершуюся ткань, Маррам устроила настоящий скандал, кричала так громко, что напугала соседей, живущих этажом выше, а потом даже разбила несколько тарелок. Тогда Брок впервые за последние месяцы почувствовал облегчение.

— Ты голодна?

Порой парень не узнавал собственный голос — он отскакивал от стен, и колючая тишина вокруг меняла его. То превращала в звонкий и высокий, как у мальчишки, то старила лет на сорок, делая его дребезжащим, как у старика. Но это уже давно перестало пугать Брока — он твердо помнил, кто же он. В отличие от его любимой Маррам.

Девушка не ответила и даже не взглянула на парня, лишь короткие темно-синие волосы едва заметно качнулись в сторону.

— Ты же знаешь, нужно поесть. Я принесу сюда, хорошо?

— Да, — тихий, чуть слышный шепот. Еще немного, и она совсем разучится говорить. Тогда он, наверное, и потеряет ее навсегда.

Брок отложил на диван книгу, поднялся и упругой походкой направился на кухню, но у порога остановился и снова взглянул на Маррам.

Даже сейчас, когда в ней не осталось ничего от той девушки, которую он полюбил, парень не уставал любоваться ее красотой. Большие глаза с розовой радужкой восхитительного цвета…Такой редко встретишь — не стеклянно-розоватый, который обычно делает человека похожим на рыбу, но и не кукольный, напоминающий дешевый леденец. Благородный насыщенный оттенок, который бывает только у драгоценных камней, когда они сияют под солнечными лучами. Темно-синие волосы, которые добавляли ее облику загадочности. Когда-то, еще до свадьбы, она отрастила их до самого пояса и любила заплетать в замысловатые косы. Потом, правда, обрезала, и сейчас они едва доходили до плеч.

Что она с собой сделала? А, главное, что сделать с ней, чтобы она прекратила мучить их обоих?

Ужин проходил по обычному сценарию: Брок с преувеличенным аппетитом поглощал содержимое своей тарелки, время от времени исподлобья поглядывая на Маррам. Та, как и прежде, не замечала ничего вокруг, устремила взгляд и мысли вдаль от их квартиры и, казалось, даже забыла о том, что на ее коленях стоял поднос с ужином.

Тяжелое молчание и стук вилки парня прервал резкий звук, разнесшийся по комнате. Девушка всполошено вздрогнула, перевернула поднос на пол и обвела комнату странным болезненным взглядом, пытаясь найти источник писка.

— Тише, это мой смартфон. Сейчас отвечу и уберу, — Брок улыбнулся так, как обычно улыбаются матери неизлечимо больным детям, и бросился к смартфону. Парень быстро взглянул на экран и вышел в спальню, принимая вызов.

— Как жизнь, дружище? — на белой стене заморгала голограмма его старшего брата и, по совместительству, главной головной боли, Грина. Брок недовольно поморщился — в последнее время вся техника в доме, словно чувствуя неладное, начала барахлить. Нужно подождать секунд десять, чтобы соединение наконец наладилось.

— Все хорошо. Как раз ужинаем.

— Хорошие люди всегда к столу, — Грин разразился громким хохотом, и голограмма снова затряслась. — Как Маррам?

— По-прежнему… — Брок запустил пальцы в свою густую сиреневую шевелюру, чтобы избавиться от чувства неловкости. Хотел бы сказать брату, что она идет на поправку, но не мог врать ни ему, ни самому себе.

— Замечательно! То есть, конечно же, мне очень жаль. Но, слушай, у меня есть новости. В городе появился человек, который сможет вам помочь!

— Сомневаюсь, Грин, — парень оглянулся, чтобы убедиться, что плотно запер дверь. Он не ждал, что Маррам заинтересуется их разговором, даже если его услышит, но всегда вел себя так, словно она была той, прежней любопытной девушкой. Он изо всех сил безотчетно старался сохранять иллюзию того, что все происходящее совершенно нормально, хоть и не понимал, ради кого это делает. И не хотел об этом думать.

— Нет, ты дослушай…

— За эти полгода мы были у пяти психологов, трех гадалок и одного ненормального священника, которого, кстати, посоветовал именно ты! — Брок присел на подлокотник дивана. Иногда он боялся, что станет таким же безучастным ко всему происходящему, как и Маррам, и даже не почувствует, как жизнь утекает сквозь пальцы. Признаки уже давали о себе знать — вместо того, чтобы нормально поговорить с братом, он впустил воспоминания о том, как он таскал девушку по докторам, и лишь потом понял, что никто не сможет ей помочь.

— Зато потом он открыл бутылочку замечательного Кагора. Жаль, что ты уже тогда ушел… — Грин мечтательно прищурил глаза, и длинные синие ресницы отбросили на его щеки причудливые тени. — Хорошо, не веришь мне, акуле пера и самому лучшему репортеру современности, проверь новости сам. Ты вообще интересуешься, что случается в нашем бренном мире?

— Иногда, — парень пожал плечами. Меньше, чем выслушивать треп Грина, ему хотелось только открывать новостную ленту. Нырять в пучину сообщений, которые тебе не нужны, но затягивают так сильно, что приходишь в себя только через час, недоумевая, что же ты только что прочитал. Лучше уже потратить это время на то, чтобы почитать вслух какую-то хорошую книгу. — Выкладывай свои новости, только ближе к делу.

— Ты когда-нибудь слышал о некоем М.Астере?

Брок молча покачал головой, не желая портить брату удовольствие высказаться.

— Никто не знал о нем. До сегодняшнего утра. Именно сегодня его дом появился прямо на площади Перемен.

— Появился?

— Именно! Возник из ниоткуда! Ты же знаешь, у нас везде камеры, кто-то бы заметил, если бы его туда транспортировали. Хотя, такую махину тяжело куда-либо протащить… Я занимался расследованием для газеты, номер выйдет в печать через пару часов, поэтому ты узнаешь всю информацию из первых уст. Господин Астер создает эмоции и чувства.

— Что ты имеешь в виду? — Брок резко поднялся с подлокотника и подскочил ближе к стене, глядя на брата горящим взглядом.

— Этот интереснейший человек потратил многие годы на то, чтобы разобраться в природе чувств. Он может забрать боль, подарить любовь… Он сможет помочь Маррам.

— Ты же знаешь, после переезда у меня нет лишних денег. Его услуги, наверняка, стоят больше, чем половина нашей квартиры.

— Ошибаешься, братец, — Грин хмыкнул, щелкнув пальцами. — У него другая цена, и она измеряется отнюдь не в деньгах.

*

Брок вел Маррам за руку по вечернему городу, не переставая болтать. Он говорил обо всем, что видел, воспринимал ее молчание, как ответ, и таким образом вел вполне осмысленный, как ему казалось, диалог.

— Смотри, скоро и на этих клумбах распустятся цветы… Давно пора, уже началась третья неделя лета. Надо будет и нам купить анютиных глазок и поставить в гостиной, я же знаю, как ты их любишь.

Парень так увлекся беседой, что не заметил, как улочка закончилась, и они свернули к площади. Лишь по расширившимся от удивления зрачкам девушки Брок понял, что она заметила что-то необычное, и тоже развернул голову:

— Ого… Никогда раньше не видел подобного!

После прошлогодней реконструкции площадь Перемен была идеально чистой, вылизанной; Грин, брезгливо морщась, называл ее стерильной. Тем удивительнее оказалось появление диковинного дома, словно кто-то неизвестный вырезал его из совершенно другого ландшафта и не придумал ничего лучше, чем вставить на белоснежную площадь.

Трехэтажное здание с витиеватой вывеской над дверью и причудливой башенкой, примостившейся у каменных ступеней, стертых от времени, показалось Броку отрывком из детского сна. Подобные видения посещали его, когда он засыпал под сказки своей прабабушки… Сколько ему было? Три, четыре года?

Зимой ему исполнилось двадцать шесть. А сюрреалистичный, изогнутый во все стороны дом под треугольной крышей стоял посреди Площади и одним своим видом заставил ребенка в душе парня удивленно распахнуть глаза и онеметь от восторга.

— Маррам, ты читала в детстве сказки? Может, господин Астер самый настоящий волшебник? Тогда он обязательно нам поможет, — Брок насмешливо хмыкнул, стараясь затолкать поглубже глупую беспричинную радость.

Вокруг дома крутились десятки любопытных. Площадь Перемен всегда была излюбленным местом для летних прогулок у жителей города, поэтому сегодня, когда на ней возник такой любопытный объект, сюда стеклись все обитатели ближайших улочек. Несколько раз, обходя очередную парочку, Брок слышал фразы «инсталляция» и «архитектурный фестиваль» и усмехался себе под нос: похоже, еще никто не понял, что происходит. Или Грин, вечный любитель розыгрышей, решил поиздеваться над братом, но тогда уже завтра ему не поздоровится, и лучший репортер современности еще неделю будет прятать лицо от камер.

Когда парень почти добрался до ступеней, осторожно придерживая Маррам за локоть, красная деревянная дверь распахнулась, и из дома выскочил взъерошенный парень. Встретившись взглядом с Броком, незнакомец налетел на него и похлопал по плечу:

— Это чудо! Сами проверьте, ребят!

Парень проводил чудака недоумевающим взглядом и с опаской поднялся по ступеням, сильнее сжав руку девушки.

На двери красовался медный дверной молоток в форме венка, и Брок три раза постучал, с замиранием сердца ожидая ответа. Он уже давно не чувствовал такого безотчетного страха, ведь с легкостью привык справляться с волнением перед выходом на сцену.

На сцене все гораздо проще: ты танцуешь, наслаждаешься музыкой и тем наркотическим чувством восторга, благодаря которому сердце стучит быстрее в эти мгновения. Но тут, за потрескавшейся дверью, его ожидала неизвестность. И почему-то Брок был уверен, что если господин Астер не сможет им помочь, этого не сделает уже никто.

— Проходите! — из-за двери донесся звонкий юношеский крик. Парень прислушался к неизвестному голосу и вошел первым, прикрывая спиной Маррам.

— Добро пожаловать, — прямо перед Броком возник высокий молодой человек в оранжевой футболке и джинсах. Ничем не примечательный, не считая того, что волосы самого скучного блондинистого цвета игриво торчали во все стороны. — Чем могу вам помочь?

— Вы — господин Астер? — Брок смерил паренька недоверчивым взглядом. Тот был, скорее всего, на несколько лет младше его самого.

— Конечно, нет… Я его помощник. Проходите за мной, — молодой человек бросил быстрый взгляд через плечо на Брока, который собирался повернуть на лестницу, которая притаилась слева от входа. — Нет-нет, она ведет в башню. Нам в другое место.

Внутри дом казался еще удивительнее, чем снаружи. Все стены пестрили старыми фотографиями и диковинными вещицами, а кое-где были вставлены разноцветные витражи, которые отбрасывали лучики света с улицы и превращали коридор в гигантский калейдоскоп.

— Добрый день, — после очередного поворота Брок с Маррам вышли в небольшую комнату. У одной из стен стоял тяжелый письменный стол, за которым сидел мужчина лет сорока с запутанными волосами и бородой. Он указал на два кресла, стоящие напротив. — Прошу вас, присаживайтесь. Что привело вас в наш дом?

Брок осторожно усадил Маррам и быстро взглянул в ее глаза, чтобы понять, не испугана ли она, но там, как и обычно, отражалась лишь молчаливая пустота. Ни испуга, ни восторга. Парень сжал губы и опустился рядом:

— Нам нужна ваша помощь.

— Как и всем прочим, кто поднимается на ступени дома. Подробнее, пожалуйста, — по растерянному лицу Брока скользнул пристальный взгляд ярких голубых глаз. Он и сам не мог описать, каким же он был: проницательным, испытывающим, или любопытным. Словно все смешалось в прищуре этого чудаковатого человека.

— Я узнал, что вы можете создавать чувства. Избавьте Маррам от боли, я согласен отдать за это все, что скажете.

— Когда это началось, что стало причиной? — на тонких губах М.Астера появилась мягкая улыбка. Брок еще раз взглянул на Маррам, но она оставалась безучастной, поэтому он решился открыть ее секрет.

— Семь месяцев назад в аварии погиб ее муж. Тогда она уже развелась с ним, потому что их чувства давно остыли… Она никогда его не любила, но после аварии закрылась, перестала разговаривать. Мы были у психологов, врачей…

— И ничего не помогло? — во вкрадчивом голосе послышалась насмешка. — А ты кто?

— Ее друг, — Брок ободряюще сжал руку Маррам. Просто хотел, чтобы и она сделала тоже самое в ответ.

— Мне нужно знать правду. Тогда я смогу подобрать лучшее лекарство, — взгляд М.Астера снова на несколько мгновений замер на лице парня. Лишь сейчас Брок услышал, что за спиной мужчины что-то тикает. Что-то, напоминающее хронометр.

— Я люблю ее. Она меня тоже когда-то любила, но сейчас я только прошу вас, чтобы вы помогли ей стать прежней… Если она не захочет, мне не нужна ее любовь, лишь бы она жила так, как раньше. Она прекрасно танцевала… — Брок пытался сбивчиво изложить всю важность их проблемы и то, как им нужна помощь господина Астера, но что-то во взгляде мужчины дало ему понять, что он уже не нуждается в объяснениях.

— Ты смелая девочка. Смелая, но слабая, — создатель чувств сверлил взглядом Маррам и, в конце-концов, заставил ее почувствовать себя неловко и поднять голову. — Любопытное сочетание, должен признать. Меня всегда забавляют такие случаи. Нет, конечно, это весьма трагично. Но если видишь подобное не один десяток раз, начинаешь привыкать.

— Вы сможете ей помочь?

— Посмотрим, — М.Астер встал и обошел посетителей вокруг, прищурено присматриваясь к ним. К своему удивлению, Брок не чувствовал себя неуютно, скорее, мужчина вызывал в нем интерес. Босой, в просторных красных шароварах и черной рубашке, уже всем своим видом он утверждал, что он не от мира сего. — Я дам тебе силу, но взамен возьму немного твоей смелости. Не поверишь, этот товар расходится куда лучше.

— Маррам, ты согласна? — Брок наклонился к девушке.

— Проще считать, что молчание — знак согласия. Если она до сих пор не перевернула стол и не начала царапать меня, как дикая кошка, значит, не возражает, — создатель чувств крутанулся возле стола и снова сел на свое место. — Дай мне руки, девочка…Вот так, положи ладони под мои.

Брок заворожено наблюдал за тем, как господин Астер оплел пальцами ладони Маррам, пошептал что-то себе под нос, и уже через мгновение отпустил девушку, повертев в руке небольшой камень стального цвета.

— Именно так выглядит смелость, — мужчина продемонстрировал камень Броку и спрятал его в небольшом мешочке, который заранее достал из верхнего ящика стола. — Да, совсем забыл… Антоний, принеси нам флакончик силы!

Парень вошел в комнату, напевая под нос веселую песенку, и поставил перед Маррам небольшой витиеватый флакончик с искристой голубой жидкостью.

— Выпей сейчас, уже завтра с утра должно помочь. Бутылочку попрошу оставить, у нас дефицит, — М.Астер подмигнул Маррам, и девушка потянулась к флакону, залпом выпив содержимое. Броку показалось, что в это мгновение она чуть сильнее сжала его пальцы, поэтому он улыбнулся, наблюдая за тем, как Маррам облизнула губы, поставив флакончик на стол. В то мгновение ему казалось, что это первый живой жест, который он видел у нее за последние месяцы.

*

На следующий день Брок вернулся домой около девяти вечера. Несмотря на то, что с самого утра он был погружен в заботы, ему не удавалось выбросить из головы мысли о Маррам. Когда он уходил, она, как и обычно, сидела в кресле, положив голову на спинку и развернувшись к окну. Этого хватило Броку, чтобы понять, что очередная гениальная идея братца оказалась провальной, и теперь парень надеялся на то, что девушке не станет хуже.

В спальне лилась вода, и Брок сразу же почувствовал неладное. Не разуваясь, парень бросился в комнату, на ходу стягивая куртку.

Маррам наклонилась над ванной и усердно оттирала большой противень. Парень замер у двери и ошарашено наблюдал за тем, как девушка переступает с ноги на ногу, встряхивает волосами и поправляет спадающую лямку топа. К ней снова вернулись былые привычки, она стала той, прежней Маррам! Брок хотел броситься к ней, но боялся нарушить хрупкую гармонию, и лишь молча следил за каждым жестом девушки.

Впрочем, это не продлилось долго: она почувствовала на себе чужой взгляд и обернулась, запястьем смахивая со лба надоедливую челку:

— Привет…Я приготовила ужин, но он уже остыл, не думала, что ты так задержишься.

— Я просто…Нужно заниматься с ребятами лучше, на следующей неделе концерт.

— Какого числа? — девушка улыбнулась. Ее улыбка не была такой сияющей и солнечной, как раньше, но все же в ней было столько тепла, что Брок задумался, не сон ли это. Такие изменения не могли произойти за один день.

— Двадцать третьего.

— Надеюсь, ты обеспечишь меня билетом за кулисы?

— Ты правда хочешь пойти? — парень опустил куртку на край кровати и сделал шаг к Маррам. Осторожно, чтобы не спугнуть хрупкое счастье, появившееся на горизонте. Или чтобы этот чудный сон продлился еще несколько минут…Только бы не проснуться!

— Конечно! Но только после того, как мы заедем в магазин и купим продуктов — на один ужин хватило, но уже завтра кому-то придется голодать! — девушка рассмеялась. — Я пойду разогрею. А ты пока переодевайся, и побыстрее, чтобы не пришлось греть дважды!

Маррам выпорхнула в кухню, залив весь пол каплями воды с противня, а Брок прислонился к спинке кровати и до сих пор не мог поверить в случившееся. Его любимая, его Маррам вернулась…

Сразу после ужина парень почувствовал, что засыпает. Несмотря на все его протесты, девушка выгнала Брока в спальню и пообещала, что придет, как только сама захочет спать. Но даже это не смогло его успокоить: парень провел в полусне целый час, переворачивался с бока на бок, но так и не погрузился в мир сновидений.

Сквозь матовое стекло в двери он видел, как в гостиной порхает хрупкая тень. Маррам танцевала. Как человек, который заново учится ходить, она двигалась неловкими рваными движениями, в которых осталось мало от мастерства и грации, всегда приводивших Брока в восторг. Но начало положено. Она очень быстро придет в форму, главное, что она сама этого хочет.

— Ты же собирался спать! — Маррам тихо приоткрыла дверь, но когда заметила, что парень до сих пор лежит с приоткрытыми глазами, с разгона плюхнулась на кровать рядом с ним.

— Не могу уснуть без тебя.

— Теперь я здесь, — девушка подлезла под одеяло, и Брок вздрогнул:

— Ноги холодные!

— Вам не угодишь, господин ворчун! — Маррам рассмеялась, прижалась еще ближе и устроила голову на его плече.

Брок промолчал, только крепко прижал девушку к себе. Он был счастлив. До боли в груди, до безумного стука сердца и легкого головокружения. Жизнь была прекрасна.

— Два билета на концерт? — создатель чувств внимательно рассматривал пару желтых бумажек.

— Я знаю, что вам не нужны деньги… Это меньшее, что я придумал, чтобы хоть как-то отблагодарить, — Брок в смущении прижал руки к груди.

— К сожалению, я не могу выйти из дома, но Антоний наверняка согласится посмотреть на выступление, — на губах мужчины появилась теплая улыбка. — Если до этого времени мы не переместимся в другую реальность, он обязательно придет.

— Спасибо, господин Астер! Спасибо вам за все! — парень направился к выходу из дома, не переставая благодарить. Он хотел поделиться своим счастьем с целым миром, но больше всего — с человеком, который позволил ему почувствовать его снова.

— Удачи, Брок. Передай Маррам мои лучшие пожелания.

Лишь когда за молодым человеком захлопнулась дверь, с витиеватой лестницы, ведущей из башни, спустился Антоний:

— Что за выступление?

— Самое дорогое, что он мог нам предложить — его душу, дело всей его жизни, — мужчина помахал билетами перед носом помощника и бережно положил их на край крошечного столика, стоящего в прихожей. — Сходи, он очень талантлив. Как и девочка.

— Мастер? Я видел, что вы забрали у нее еще что-то кроме смелости. Маленькая черная бусина…

— Могу похвалить тебя за наблюдательность, — мужчина довольно улыбнулся и направился обратно за стол. — Чувство вины. Оно отравляет жизнь, не дает вдохнуть полной грудью. Премерзкое ощущение, которое не нужно никому, если оно гнездится в душе слишком долго… Правда, в нашем деле оно тоже совершенно бесполезное — люди считают, что врага лучше одарить болью или страхом. А зря, Антоний. Чувство вины нельзя недооценивать, оно может доставить массу хлопот и неприятностей. Червячок, все время съедающий тебя изнутри.

Господин Астер замолчал и устремил свой взгляд за окно, на людную площадь. Он знал, о чем говорит. Но этот секрет всегда останется только с ним. Червячок, все время съедающий его изнутри.

Антоний быстро заметил перемену в настроении начальника и деликатно кашлянул:

— Я сделаю чай.

— Отличная идея! Сегодня нам предстоит хорошо поработать.